Телефоны рекламного отдела "Янаўскага краю" +375 1652 2 15 02 +375 29 635 01 17 Email: zviazda@brest.by

Сельское хозяйство

Жаворонки полевые

Количество просмотров:

Кто не имел счастье слышать пение полевого жаворонка?!
Едва в полях, растопленные солнцем, успевают раствориться снега, застыв в низовьях зеркальными лужицами, едва на влажных проталинках проклюнутся нежные всходы, как в высоком поднебесье разольется переливчатая чарующая трель. Жизнеутверждающая, вдохновенная, как нежные весенние лучики.

Но речь пойдет вовсе не об этих неунывающих птицах, приносящих на своих крыльях светозарную весну, а о людях, которые, подобно ранним жаворонкам, с первым пробуждением поля после затяжного зимнего сна стремятся на его зов, чтобы делить с ним его судьбу. И песня сердца этих незаурядных людей не менее прекрасна, чем жаворонковая мелодия. В ней отражаются радость свежевспаханной борозды, хлопоты и волнения напряженных будней, и трепетное предчувствие урожайной осени, и сладостный восторг от созерцания благоуханных зерен в огрубевших от солнца и ветра ладонях. Жаль, что не каждый может услышать эту песню, потому что звучит она в потаенных уголках души. Она не рассчитана на массового слушателя. Очень проникновенная, сокровенная, эта песнь.

С благословенной землей-кормилицей свою трудовую биографию прочно связали супруги Александр и Елена Лукши. Александр Николаевич – главный агроном ОАО «Снитово-Агро», Елена Григорьевна – агроном-агрохимик хозяйства. Весна для этих людей – самая хлопотная, самая волнительная пора. Причиной тому – пробуждающееся после зимней дремы поле, которое ждет неустанной заботы аграриев.
Первые шаги в профессию Александр Николаевич сделал, можно сказать, в детстве, когда был незаменимым помощником матери-полеводу.
– С ранних лет родители приучали к труду, – возвращается памятью в прошлое мой собеседник. – На колхозном поле работы хватало, и, конечно же, мы, дети, были вполне задействованы в хлопотах по домашнему хозяйству.
Родился Александр Николаевич в маленькой деревушке (всего то двадцать пять дворов) Красноозерное на Сморгонщине. В памяти ярко сохранилась неповторимая красота этих живописных мест: сразу за сельской околицей тихо плещется под необъятным небом озеро Вишневское, к которому бегут искупнуться, половить рыбу не только деревенские пострелята, но и многочисленные отдыхающие из более дальних уголков, манят упоительными запахами хранящие нераскрытые тайны лесные уголки. К самой кромке леса подступают широкие свекловичные плантации, где женщины, вооружившись тяпками, делают прополку растений.
Вот одна из них, на мгновение выпрямив затекшую спину, поправляет на голове сбившийся светлый платок и, заслонившись ладонью от солнца, смотрит на тонкую тропинку, бегущую в поля.
Это Надежда Лукьяновна, мама Александра. Она знает, что с минуты на минуту на этой тропке должны показаться ее незаменимые помощники, которых у нее шестеро: трое сыновей и трое дочерей.
– Никто из братьев и сестер не пытался отлынивать от работы, – рассказывает аграрий. – Хотелось хоть как-то помочь матери в ее нелегком труде. В то время все работы выполнялись вручную. Свеклы было много. Пололи ее, а по осени лопатой выкапывали каждый сладкий корнеплод, очищали его от песка, вручную грузили на транспорт.
Счастливое детство оборвалось неожиданно и безжалостно. В автомобильной катастрофе погиб отец. Самому старшему ребенку – Александру – было всего двенадцать.
Собрав детей на семейный совет, мама, обливаясь слезами, объясняла, что одной ей на мизерную зарплату полевода «не потянуть» шестерых…
Трое старших отправились в Ошмянскую школу-интернат, воспитанники которой находились на полном государственном обеспечении. Обидно и горько было покидать уютное родительское гнездо, было жалко и маму, и себя.
Но чужая среда еще более сплотила мальчишку с сестрами, еще более обострила теплые чувства к родному дому, в который ребята спешили во время каникул, а порой и по выходным дням.

Покидая стены десятилетки, Александр твердо знал, что его будущая профессия непременно должна быть связана с сельским хозяйством. В 1982 году юноша поступает на агрономический факультет Гродненского сельхозинститута.
Со второго курса студента призывают на срочную военную службу. Изначально призывников отправляют в Казахстан, затем… в Афганистан. Еще до совершения посадки в самолет, отправляющийся в афганский край, новобранцы понимали, что им уготована суровая военная жизнь, поскольку на протяжении трех месяцев они жили в полевых условиях вблизи города Усть-Каменогорск, где проводились каждодневные стрельбы, марш-броски на военной технике по сложной гористой местности.
– Мы были молодые, горячие парни, – вспоминает Александр Николаевич. – Исполнить интернациональный долг считали почетной обязанностью. Это я вам говорю без тени лукавства. Так мы были воспитаны. Но, как только ступили на землю Кабула, прочувствовали «холод» и бесприютность чужбины. Первое, что поразило, поразило до дрожи, - это непривычное для нашего слуха пение, доносившееся из ближней мечети. Женщины, укутанные паранджой, мужчины в чалме… Наконец-то посетило осознание, что мы не у себя дома.
Очень тяжело проходила адаптация к новым климатическим условиям. Солдаты болели желтухой и тифом. Поначалу непросто было видеть грозно извивающихся кобр, ядовитых пауков-тарантулов, нередко заползающих в палатку, где жили бойцы.
Александр служил водителем бронированной разведывательно-дозорной машины, укомплектованной двумя пулеметами, которая сопровождала колонны с боеприпасами или продовольствием.
– Когда попадали под обстрел, недосуг было думать о смерти, – говорит былой афганец. – Думали о том, как выполнить задание, уничтожить душманов.
По-настоящему боялись быть назначенными в качестве сопровождающих на Родину груза 200. Как правило, таковыми являлись кто-то из командования и боевых товарищей погибших ребят. Это было самое страшное – привезти матери сына в цинковом гробу и посмотреть в ее обезумевшие от горя глаза.
Средь ужаса войны сердце согревали желанные письма из родных мест. Мама писала о том, как резвятся над деревней теплые майские ливни, какая чудесная уродила в поле картошка, как трудно ей разобрать мудреный сынов почерк, поэтому его письма ей постоянно читает соседская девчонка, его одноклассница, с которой в школе сидел за одной партой, и передает ему горячие приветы.
Александр в своих ответных посланиях подбадривал маму и… отчаянно скучал по дому. А еще он писал незнакомой девчонке из Украины, которую видел только на фотографии. Переписка эта была очень важна для его, дарила надежду на счастливое будущее. В этом будущем он предчувствовал волнительное свидание с незнакомкой, с которой непременно встретится по возвращении из армии.
Я не стала спрашивать, о чем думал солдат в благостные минуты затишья, когда смотрел на густые поросли дикого винограда в ущельях, начиненных минами, на красные ковры из маков, сплошь покрывавшие долины среди гор, на распластанное над горными вершинами бездонное голубое небо, на вечерней заре окрашивающееся закатным солцем в пурпурно-малиновые тона, небо такое же, как на родине. Возможно, грезилась ему очаровательная украинская девушка, очередное письмо от которой только что получил, или виделось уставшее лицо матери, а возможно, ромашковые луга родного края, летящий по ветру пух одуванчиков… Не решилась спросить и о том, что чувствовал он, когда терял в бою друзей, не стала выяснять подробности о лечении в госпитале в Ташкенте после ранения, спасения колонны после обстрела, за что был представлен к медали “За боевые заслуги”. Это потаенное, чем не делятся со случайным (ну, или почти случайным) собеседником.
Афганская война, на которой воевал два года и один месяц, пока не пришла новая смена, и сейчас порой непрошенной гостьей приходит в воспоминания, бередит растревоженную душу.

После демобилизации Александр продолжил учебу в вузе. Студенческая жизнь лучилась радужными красками, потому что теперь вместе с ним на втором курсе училась самая лучшая в мире девушка – Леночка. Парень заприметил ее сразу.
– Маленькая, красивенькая, неунывающая, – вспоминает мужчина незабываемые моменты. – Понял я: пришла любовь. До этого стеснительный (кстати, в Украину так и не рискнул поехать), не мог, бездействуя, допустить, чтобы ее увели другие, более уверенные в себе, ухажеры. Пригласил ее на свидание…
Через год для влюбленных играл марш Мендельсона. Свадьбу, восхитительную, веселую, сыграли в деревне Вороцевичи, на малой родине невесты. Что удивительно – она состоялась 15 февраля, в день, впоследствии ставший днем вывода советских войск из Афганистана и Днем памяти воинов-интернационалистов.
С рождением первенца – сына Николая – молодая мама перевелась на заочную форму обучения. Александр почти каждые выходные спешил в полесскую деревушку к семье. Вскоре родилась дочь Наташа, привнеся в жизнь новые яркие краски.
Первым местом работы молодого специалиста стал межколхозный лесхоз, через два года он уже работал в колхозе «Молодая гвардия» (нынешнее ОАО «Снитово-Агро») семеноводом-агрохимиком, после чего около полутора десятков лет успешно возглавляет агрономическую службу хозяйства.
Елена в свое время работала дояркой на местной ферме, затем – помощником бригадира Вороцевичской бригады, с 2012 года – агроном-агрохимик.
В привычных житейских хлопотах, радостях и огорчениях (всякое бывает) семья развивается, крепнет, ее генеалогическое древо украсилось новой веточкой: подрастает внучек, в котором бабушка с дедушкой души не чают.
Непрестанную любовь они дарят не только своим родным детям: после ужасной трагедии, случившейся с сестрой Александра, супруги, взяли на воспитание десятилетнюю дочь покойной.
Они, малознакомые для малышки родственники, забрав ее из квартиры в столице, везут ее в чужую для нее деревню, в пугающую неизвестность. Девочка чувствовала себя беззащитной, несчастной.
– Она всю дорогу плакала, – рассказывает Александр Николаевич. – Мы, как умели, успокаивали ее. По приезду домой выделили ей отдельную комнату с телевизором. Школа – через забор от нашего дома.
Немало пришлось приложить ласки, заботы, терпения, чтобы приучить городского ребенка к неприхотливой деревенской жизни, и не просто приучить, а сделать все возможное, чтобы этот ребенок почувствовал себя в ней своим, чтобы новый дом стал для него родным. Роза (так зовут девочку) обучилась всем премудростям ведения домашнего хозяйства – научилась делать уборку в доме, ухаживать за живностью, доить корову. Сейчас она студентка-первокурсница факультета ветеринарной медицины Гродненского государственного аграрного университета. Выбор этот, надо полагать, она сделала не без участия своих опекунов-воспитателей.

В общении с главным агрономом, конечно же, никоим образом не обошли тему предстоящей посевной, о которой он говорил с особенным жаром. Слушая взволнованный монолог, в котором чувствовалась неподдельная тревога за сохранность озими после холодов, за то, чтобы ответственная кампания прошла эффективно, чтобы весна не огорчила своей непредсказуемостью, вспоминаю похожий разговор со специалистом, проходивший минувшей весной на полевых угодьях, где велся сев. В напряженные трудовые ритмы причудливо вплетается витиеватый птичий щебет с подсвистом. Я то и дело отвлекаюсь от темы беседы, завороженная журчащей трелью. В какой-то момент, когда мы идем вдоль пашни, прямо из-под ног агрария взлетает в звенящую высь полевой жаворонок. Правда, мой собеседник, увлеченный животрепещущим разговором о многотрудной доле сеятеля, этого даже не заметил. Зато поле, как мне казалось, ликовало, бережно взлелеянное весной, людьми и жаворонками.
– Нынешней весной ранних зерновых культур предстоит посеять 480 гектаров, – информирует агроном. – Продолжаются накопление минеральных удобрений, вывозка органики на поля. Начали сев многолетних трав: посеяно около сотни гектаров…
О таких, как Александр Николаевич, профессионалах, говорят, что человек на своем месте.
– Это мое, – не пытается он возражать.
– А то обстоятельство, что работаете рука об руку с супругой, помогает или, наоборот, создает дополнительные проблемы? – интересуюсь.
– Она мне помощница, трудолюбивая, – искренне отвечает мужчина.
–   Попробовал бы сказать иначе! – смеясь, шутливо угрожает Елена Григорьевна. Смех ее звенящий, задорный, заразительный. Александр Николаевич с восхищением смотрит в искрящиеся радостью глаза женщины, с которой идет по жизни вот уже тридцать два года.

Не сегодня-завтра, как только глубоко задышат освобожденные от ледяного панциря земные недра, в ОАО «Снитово-Агро» начнется сев ранних яровых зерновых. Агрономы, эти беспокойные жаворонки, будут радеть о поле. Пронзительная песня их сердец будет звучать в полную силу.
После разговора с тружениками и моя душа уловила трогательное эхо этой волшебной песни. А быть может, это мне всего лишь показалось, потому что услышать ее может только человек, самозабвенно преданный землекормилице, хлебнувший вдоволь и знойного солнца, и соленого ветра, который, день-деньской проводя в полях, по-настоящему то и не услышит трель крылатого вестника весны, потому что ему недосуг пребывать в безмятежном созерцании красот окружающего мира в то время, когда так щемяще-трогательно молит о заботе родное поле.

Ирина СОЛОМКА.
Фото автора.